Content on this page requires a newer version of Adobe Flash Player.

Get Adobe Flash player


Новости

Яндекс.Погода

Главная  / Познавательные публикации и материалы / В России Правительство пытается "протащить в ГосДуме" коррупционный проект № 306504-6 Федерального закона «О судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации».

В России Правительство пытается "протащить в ГосДуме" коррупционный проект № 306504-6 Федерального закона «О судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации».

 

 

Замечания и предложения по проекту федерального закона № 306504-6 «О судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации».

Источник: http://forum.sud-expertiza.ru/viewtopic.php?f=115&t=1253

 

Скачать фото: замечания Прорвича и Волынского

 

 Изучение текста данного законопроекта, его сопоставительный анализ с положениями действующего законодательства в сфере процессуального и материального права показывает следующее.

 


1. По сравнению с действующим федеральным законом «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» концептуально данный законопроект отнюдь не нацелен на повышение уровня судебной экспертизы и ее роли в российском судопроизводстве. Скорее напрашивается вывод о том, что данный законопроект нацелен на резкое усиление коммерческой составляющей в деятельности государственных экспертных учреждений за счет неограниченного контроля за научно-методической и практической работой негосударственных судебных экспертов, их профессиональной подготовкой, повышением квалификации и сертификацией.
Явно выраженный ведомственный подход разработчиков данного законопроекта способен нанести только вред - как государственным экспертным учреждениям, так и всему процессуальному институту судебной экспертизы, отбросив его на много лет назад.
Резкое увеличение количества и объема договорных работ государственных экспертных учреждений, оказание платных услуг по обучению и сер-тификации негосударственных судебных экспертов, неизбежно переключит внимание как руководителей этих учреждений, так и их сотрудников на повышение материального благополучия и своих учреждений, и самих экспер-тов. Это находится в явном противоречии со сложившейся системой нравственного воспитания государственных судебных экспертов, формирования у них приоритетов соблюдения государственных интересов независимо от любых материальных стимулов.
Из-за увеличения объема коммерческой деятельности руководителям государственных экспертных учреждений неизбежно придется либо расширять штат чиновников, либо формировать соответствующие структуры из внештатных сотрудников, или, что еще хуже, создавать посреднические фирмы. Это создает угрозы проникновения в коллективы государственных судебных экспертов безнравственных субъектов рынка, настроенных не на выполнение независимых экспертиз, а на обслуживание богатых и влиятельных заказчиков. Более того, принятие данного проекта создает возможности и для проникновения в государственные экспертные учреждения агентов влияния организованных преступных группировок.
2. Передача государственным судебно-экспертным учреждениям функций сертификации не только государственных, но и негосударственных судебных экспертов окажет разрушительное влияние на конкурентные условия в экспертной среде. Создание монополии на признание сведущего лица судебным экспертом у государственных экспертных учреждений, не обладающих необходимым количеством кадров высшей квалификации, приведет, в лучшем случае, к чисто формальному проведению сертификации, а в худшем - к крупномасштабным коррупционным проявлениям, которые разрушат институт судебной экспертизы и сделают его бессмысленным.
3. Положение о том, что научно-методическое обеспечение производства судебных экспертиз возлагается на государственные судебно- экспертные учреждения, нанесет непоправимый вред состоянию и развитию экспертной науки, которая в настоящее время развивается преимущественно учеными и специалистами, работающими в государственных учебных заведениях, а также в негосударственных экспертных учреждениях. Государственные судебно-экспертные учреждения имеют несравненно меньше научных кадров высшей квалификации, у них отсутствует опыт организации крупномасштабных научных исследований, проведения научно- практических конференций, в том числе, международных, работы научных и диссертационных советов.
Более того, замыкание судебно-экспертной науки в стенах государственных судебно-экспертных учреждений приведет и к ее дальнейшему отдалению от конкретных потребностей следствия и судопроизводства. Прежде всего, это касается преступлений в сфере экономики и соответствующих гражданско-правовых споров. Весьма показательно, что в системе судебно- экономических экспертиз в последние годы не было создано новых эксперт¬ных специальностей, отвечающих потребностям следствия, сталкивающегося со сложнейшими проблемами современной рыночной экономики и связан¬ным с ними разгулом коррупции. Но и по «классическим» родам судебно- экономической экспертизы не было создано ни одной паспортизованной экспертной методики.
И наоборот, негосударственными судебными экспертами, работающими в государственных образовательных учреждениях, такая работа успешно проводится, а их ученики решают экспертные задачи любой сложности. Ни-какие административные меры в обозримой перспективе изменить эту ситуацию не помогут. Более того, попытки передать руководство экспертной наукой чиновникам от юстиции, затормозит создание новых экспертных специальностей и подготовку соответствующих экспертных кадров учебными учреждениями в интересах следствия и судопроизводства, что безусловно сыграет на руку только организованной преступности.
4. Положения о профессиональной подготовке и повышении квалификации судебных экспертов, как государственных, так и негосударственных, исключительно в государственных судебно-экспертных учреждениях наиболее разрушительны для всего института судебной экспертизы. Анализ проявляющихся в этом отношении тенденций свидетельствует о еще большем осложнении этой ситуации в перспективе. Реализация указанных положений при отсутствии в государственных экспертных учреждениях надлежащим образом подготовленных педагогических кадров выхолостит обучение судебных экспертов до уровня инструктажей и установок начальствующих лиц своим подчиненным. Это создаст условия и для коррупционных проявлений при проведении сертификации «своих» - государственных, и «чужих» - негосу-дарственных судебных экспертов.
Необходимо также учитывать, что среди негосударственных судебных экспертов добрая половина имеет ученые степени и звания, а также многолетний опыт экспертной работы по определенным экспертным специальностям. В соответствии с действующим законодательством, они признаются кадрами высшей квалификации. Но в рамках настоящего законопроекта предполагается, что обучать и сертифицировать их должны специалисты бо-лее низкой квалификации, единственным преимуществом которых является нахождение в штате государственного экспертного учреждения.
5. В тексте законопроекта имеется оговорка о том, что к проведению судебной экспертизы могут привлекаться и сведущие лица, не являющиеся сотрудниками государственных или негосударственных экспертных учреждений и не имеющие сертификатов. В результате требования по обучению и сертификации фактически устанавливаются лишь для ограничения деятельности негосударственных судебно-экспертных учреждений, как и указание об обязательном наличии в них не менее 5 сертифицированных экспертов. Эти положения находятся в явном противоречии с конституционными положениями о правах человека и свободе предпринимательства, способствуют формированию монопольного положения чиновников от юстиции в сфере судебно-экспертной деятельности.
6. Авторы данного законопроекта фактически вмешиваются в сферу процессуального законодательства и с пытаются ввести ряд ограничений на применение положений УПК РФ, ГПК РФ, АПК РФ и КоАП РФ по вопросам судебной экспертизы. Это проявляется даже в таких «мелочах», как определение понятия судопроизводства, попытках вывести деятельность судебных экспертов за рамки уголовного, гражданского, арбитражного и административного процесса, и даже прямо изменить некоторые положения УПК РФ и других кодексов.  
Достаточно привести пример ст. 30, где указано о том, что в заключении эксперта необходимо отразить «ход, содержание и результаты исследований с указанием примененных методов». В то же время, в ст. 204 УПК РФ указано, что эксперт в своем заключении должен указать на примененные методики. Согласно положениям ст. 75 УПК РФ нарушение требований настоящего Кодекса приводит к признанию полученного доказательства недопустимым. Подмена понятий «метод» и «методика» судебно-экспертных исследований, принципиальное различие которых известно любому судебному эксперту, свидетельствует о крайне низком качестве данного законопроекта.
7. Перечисленные и иные грубые ошибки, неточности и смысловые натяжки свидетельствуют о необходимости возврата данного документа в первое чтение и его существенной доработки. Для этого предлагается сформировать межведомственную комиссию с включением в нее ведущих ученых в сфере процессуального законодательства, криминалистики и судебной экспертизы, в том числе, представляющих негосударственные экспертные учреждения и ВУЗы, в которых организована подготовка экспертных кадров.
Кроме того, необходимо проведение серьезного исследования данного законопроекта в рамках законодательства об антикоррупционной экспертизе нормативных правовых актов, поскольку в нем явно проявляются коррупциогенные факторы многомиллиардного масштаба.

Заслуженный деятель науки РФ,
В.А. Прорвич

 

заслуженный юрист РФ, д.ю.н., профессор А.Ф.

 Волынский

д.ю.н., д.т.н., профессор

 

 *********************************

 

 

Источник: http://asozd2.duma.gov.ru/main.nsf/(Spravka)?OpenAgent&RN=306504-6&02

 

З А К Л  Ю Ч Е Н И Е

Комитета Государственной Думы по гражданскому, уголовному, арбитражному и процессуальному законодательству

 

по проекту федерального  закона № 306504-6

«О судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации»

внесен Правительством Российской Федерации

 

В настоящее время правовое регулирование судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации осуществляется Федеральным законом от 31.05.2001 №73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» (далее – Федеральный закон №73-ФЗ). Данный федеральный закон не предусматривает квалификационных требований к негосударственным судебным экспертам. Вместе с тем, негосударственная судебно-экспертная деятельность получила широкое распространение в Российской Федерации, поэтому целесообразность ее законодательного регулирования и унификация с существующей параллельно системой государственных судебных экспертов не вызывает сомнений.  

Представленным законопроектом вводится механизм сертификации компетентности судебных экспертов. Обязательная сертификация предусмотрена только для государственных экспертов. Для негосударственных субъектов такая оценка их компетентности является добровольной. При этом законопроектом предусматривается ведение Минюстом РФ Государственного реестра судебных экспертов, в который будут включаться только те эксперты, которые получили соответствующий сертификат компетентности. Среди новелл законопроекта, необходимо отметить введение механизма валидации (оценки пригодности использования методических материалов) и сертификацию научно-методического обеспечения экспертной деятельности.

С учетом изложенного, Комитет полагает, что концепция законопроекта заслуживает поддержки. Вместе с тем, необходимо отметить следующее.

Значительное количество негосударственных экспертных организаций действуют сегодня в виде коммерческих организаций. В законопроекте предлагается установить, что негосударственная экспертная организация может быть создана только в виде некоммерческой организации, при том что никакого переходного периода для вступления в силу этой нормы не предусмотрено. Такая новелла может вызвать определенные сложности в хозяйственном обороте. С учетом этого, указанные положения законопроекта рекомендуется дополнительно проработать.

Хотя законопроект включает в сферу применения судебных экспертиз и конституционное судопроизводство, в ст. 5 законопроекта предусмотрено проведение экспертизы только по делам, рассматриваемым  Конституционным Судом РФ, при том, что конституционное судопроизводство включает в себя также и производство в конституционных (уставных) судах субъектов РФ.

В отличие от действующего федерального закона, законопроектом не предусмотрено функционирование судебно-экспертных организаций органов государственной власти субъектов РФ. Законопроектом предусмотрено, что правом создавать государственные экспертные организации наделяются федеральные органы государственной власти. В пояснительной записке к законопроекту в качестве органа, обладающего правом создавать экспертные организации, указывается Следственный комитет РФ. Однако в силу Федерального закона от 28.12.2010 №403-ФЗ «О Следственном комитете Российской Федерации» Следственный комитет является федеральным государственным органом, не относящимся ни к одной ветви власти. В связи с этим целесообразно расширить формулировку п. 1 ст. 13 законопроекта.

Предлагается установить, что в штате негосударственной судебно-экспертной организации должно состоять не менее одного работника, квалификация которого должна быть подтверждена сертификатом компетентности и для которого данное место работы является основным. Данная мера в качестве реального контроля за экспертной деятельностью нуждается в дополнительном обсуждении.  

Дополнительного обсуждения требует предусмотренное ст. 14 законопроекта к руководителю судебно-экспертной организации требование о прохождении им обучения в области судебной экспертизы, учитывая что предлагаемый законопроектом перечень его полномочий не требует специальной квалификации. Не согласованным с установленными в главе 2 законопроекта полномочиями руководителя представляется указание в п. 2 ст. 27 законопроекта, что производство комплексной экспертизы возлагается на руководителя организации, более верным являлось бы указание на организацию производства экспертизы.

С учетом установленного порядка проводимых специальных исследований (например, в сфере оценочной деятельности) следует исключить возможную неопределенность правового регулирования при производстве соответствующих экспертиз (например, по определению стоимости имущества). Положения законопроекта не будут распространяться на производство судебно-медицинских и судебно-психиатрических экспертиз, которые будут регулироваться Федеральным законом №73-ФЗ. Следует проработать вопрос о возможности распространении на такие виды экспертиз общих положений законопроекта, во избежание различий в правовом статусе экспертов при проведении разных экспертиз, в том числе при проведении медицинских и психиатрических экспертиз в негосударственных экспертных учреждениях (УПК РФ и ГПК РФ допускают такую возможность).

Из содержания ст. 35 законопроекта следует, что к производству судебной экспертизы может быть привлечен иностранный гражданин, обладающий специальными знаниями. При этом не вполне понятно, каким именно образом такой гражданин участвует в производстве экспертизы,  каков его правовой статус, принимая во внимание, что в качестве судебного эксперта может выступать только гражданин РФ.

Законопроект содержит большое количество новых определений. В процессуальном законодательстве (например, ст. 79 ГПК РФ, ст. 82 АПК РФ) используется понятие «судебно-экспертное учреждение», поэтому требует уточнения понятие «государственная судебно-экспертная организация», предложенное в ст. 13 законопроекта. Также нуждаются в дополнительном соотнесении понятия «сертификация компетентности» и «экспертная специальность». По мнению Комитета, в дополнительной регламентации нуждается разделение понятий «валидация» и «сертификация» применительно к методическим материалам, во избежание смешения этих понятий. С учетом предлагаемой ст. 10, согласно которой методические материалы применяются, если в отношении них произведена валидация и (или) сертификация, в дополнительном обсуждении нуждается предусмотренная п.4 ст. 10 законопроекта возможность применять методические материалы, не прошедшие вышеуказанные процедуры при условии указания в заключении эксперта научного обоснования возможности их применения.

В законопроекте не указаны основания для прекращения сертификата компетентности, в то же время п. 3 ст. 16 законопроекта предусматривает, что лицо не может быть судебным экспертом в течение трех лет с даты прекращения действия сертификата. Представляется, что соответствующие основания хотя бы в общем виде должны закрепляться в законе. Принятие данного законопроекта потребует согласования с действующими процессуальными кодексами (в части положений по видам экспертиз и т.п.).  

Однако изложенные замечания не влияют на общую концепцию законопроекта и могут быть учтены при подготовке законопроекта к рассмотрению во  втором чтении. С учетом вышеизложенного, Комитет Государственной Думы по гражданскому, уголовному, арбитражному и процессуальному законодательству рекомендует Государственной Думе принять в  первом чтении проект федерального закона №306504-6 «О судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации».

 

Председатель Комитета                                                  П.В. Крашенинников

 

 *****************************************************************

Источник: http://mbe2009.ru/proekt-pravitelstva-rf---proekt-fed

 

 

ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ

«МЕЖРЕГИОНАЛЬНОЕ  БЮРО  ЭКСПЕРТИЗ»

_____________________________________________________________________________

660074, г.Красноярск, а/я 16841, ул.Авиаторов, 40, офис 148        Тел./факс 8 (391) 299-70-29

                                                                                                             М.т. +7-902-922-03-73

                                                                                                             E-mail: Mbe2009@yandex.ru

ОГРН – 109 246 800 88 85                                                               сайт: mbe2009.ru

                                              

30  августа 2013 года исх. № 13830-1

 

                                                        Председателю Комитета Государственной

                                                        Думы по гражданскому, уголовному,

                                                        арбитражному и процессуальному

                                                        законодательству

                                                         Крашенинникову П.В.

                                                         stateduma@duma.gov.ru

 

[О проекте Министерства юстиции РФ

Федерального закона «О судебно-экспертной

деятельности» - будет рассматриваться на

осенней сессии 2013г.]

     

          12 апреля  2013 года исх. № 13412-1 и 03 июля 2013 года исх. № 1373-2  мы обращались к Вам с аналогичными обращениями. Наше обращение было также направлено и в Правительство РФ и в Министерство юстиции РФ (далее – Минюст РФ).

         К сожалению, вместо того, чтобы изменить проект указанного закона в соответствии с Конституцией, Гражданским кодексом РФ, законодательством об ограничении монополий, об образовании, о правовом положении  иностранных граждан,          Правительство РФ (по предложению Минюста РФ) внесло 29 июня 2013г. на рассмотрение Государственной Думы законопроект №  306504-6 Федерального закона «О судебно-экспертной деятельности» (см.http://asozd2.duma.gov.ru/main.nsf/%28SpravkaNew%29?OpenAgent&RN=306504-6&02 ) с огромным количеством неконституционных положений, нарушений прав негосударственных экспертов, носящих в т.ч. и  дискриминационный характер.

Правильней назвать этот проект «Федеральный закон о запрете негосударственной  экспертной деятельности, о препятствиях для реализации конституционной свободы экономической деятельности, о нарушении принципа независимости  негосударственных экспертов, о дискриминации прав негосударственных экспертов».

В пояснительной записке проекта сказано: «Критерии  оценки  компетентности  лиц,  обладающих  специальными знаниями,  но  не  являющихся  работниками  государственных  судебно-экспертных  учреждений,  достоверности  используемых  ими  экспертных  методик  и  их  научной  обоснованности  законодательно  не  закреплены,  что является  причиной  низкого  качества  проводимых  этими  лицами  экспертиз  и, как  следствие,  судебных  ошибок,  увеличения  количества  повторных  и  дополнительных экспертиз, увеличения сроков судопроизводства в целом».

         Это единственное и явно ненаучное, ничем не обоснованное и незаконное обоснование необходимости  огромного количества  указанных незаконных запретов и нарушений  прав негосударственных экспертов.

Критерии  оценки  компетентности  лиц,  обладающих  специальными знаниями,  но  не  являющихся  работниками  государственных  судебно-

экспертных  учреждений,  достоверности  используемых  ими  экспертных  методик  и  их  научной  обоснованности  законодательно  ДАВНО закреплены в нашем законодательстве об образовании – уровень образования,  специальность эксперта, его квалификация как лица имеющего специальные знания давно подтверждаются документами об образовании, а с 01 сентября 2013 года – и документами о квалификации (наряду с указанными), которые выдаются образовательными организациями по итогам  получения среднего профессионального, высшего профессионального, послевузовского профессионального и дополнительного профессионального  образования. В России действует огромное количество  образовательных  организаций, которые давно готовят специалистов (потенциальных экспертов) с необходимыми и достаточными специальными знаниями, умениями и навыками. Ни у судей, ни у других лиц, которые поручают судебную экспертизу не возникает никаких проблем с оценкой «компетентности» экспертов. Наглядный пример – любой судья и пр. чиновник с юридическим образованием  способен без всякого труда  изучить  приложение к документу об образовании, либо сам документ об образовании, в котором прямо указана конкретная дисциплина, подтверждающая  специальные знания эксперта, напр. – «Почерковедение и почерковедческая экспертиза», «Судебная экспертиза», «Товароведение и товароведческая экспертиза», «Религиоведение и религиоведческая экспертиза». Никакие другие дополнительные документы (в т.ч. «сертификаты компетентности»)  НЕ ПОДМЕНЯТ И НЕ ПОДТВЕРЖДАЮТ  «компетентность», специальные знания эксперта. Напротив, широко распространена в России практика выдачи «сертификатов о компетентности» экспертов сфере каких-либо экспертиз, у которых НЕТ специальных знаний и документов их подтверждающих. Такие сертификаты выдают как  государственные, так и негосударственные органы и организации, как правило, за большие деньги (от 30 000 руб., до 100 000 руб.). В итоге, почерковедческие экспертизы делают лица, далёкие от почерковедения (напр., химики, товароведы, медики и пр.), но с «сертификатом компетентности», который вводит в заблуждение  судей и др. лиц, ведущих юридический процесс. Такая же ситуация  наблюдается и в отношении других экспертиз.

        Впервые за всю историю судебно-экспертной деятельности в России квалификация судебного эксперта должна подтверждаться неким «сертификатом компетентности». Имеет попытка подменить понятие эксперта как человека со специальными знаниями, на человека, который имеет сертификат. И это НЕ сулит   кроме  большой материальной выгоды Минюсту  и государственным экспертным учреждениям НИЧЕГО позитивного и полезного ни для экспертной деятельности, ни для правосудия. Напротив, последствия принятия закона весьма вредоносные. Проект как был, так и остался  вредоносным и противоправным.

         На сайте Министерства юстиции РФ (далее – Минюст) в 2013 году был размещён проект Федерального закона Министерства юстиции РФ «О судебно-экспертной деятельности» (далее – проект), который вызвал целую бурю негодования не только среди большого негосударственного экспертного сообщества, но и среди государственных экспертов, учёных, которые здраво оценивают причины его появления и весьма пагубные последствия принятия такого закона. Этот проект Минюст планирует оформить  законом уже в декабре 2013г. Теперь этот законопроект расположен на сайте Государственной Думы РФ – см. наhttp://asozd2.duma.gov.ru/main.nsf/%28SpravkaNew%29?OpenAgent&RN=306504-6&02 .

Впервые за всю историю правового регулирования, Правительство РФ и Минюст решил изменить понятие самого эксперта, так в ст.1 проекта указано: 11) судебный  эксперт  -  физическое  лицо,  обладающее специальными  знаниями  и  соответствующее  требованиям, установленным  настоящим Федеральным  законом,  которому  в  процессе судопроизводства  в  порядке,  установленном  процессуальным законодательством  Российской  Федерации,  поручено  производство судебной экспертизы».

 Из человека, имеющего специальные знания в различных отраслях (что вполне соответствует логике и назначению экспертов в процессах), Минюст пытается сделать экспертом «лицо, соответствующее неким требованиям законодательства» (а также субъективному мнению чиновников, которые даже и процесс вести не будут).

И это не случайно, т.к. разработчики проекта пытаются исключить из числа так нужных судопроизводству знающих лиц, практически всех  специалистов, кроме тех, которые будут удовлетворять явно завышенным и научно-необоснованным требованиям, которые направлены на получение огромной МАТЕРИАЛЬНОЙ ВЫГОДЫ Минюстом и Правительством РФ, на их тотальный контроль за всеми экспертами России, в ущерб интересам правосудия, правам участников процессов.

Проявления такого стремления заработать и тотально контролировать, а также нарушать права человека и организаций имеют место  во многих положениях проекта:

1)  в ст. 13 проекта: «2. Негосударственными  судебно-экспертными  организациями являются  некоммерческие  организации,  созданные  в  соответствии  с законодательством  Российской  Федерации,  к  основным  видам деятельности  которых  относится  судебно-экспертная  деятельность, осуществляемая  в  соответствии  с  установленными  требованиями  к производству судебной экспертизы».    Очевидно, что незаконно ограничивать круг экспертных организаций только этими, подконтрольными Минюсту организациями. Судя по такой редакции, умные и сведущие люди действуют только в этих организациях, а их организационная форма гарантирует наличие специальных знаний. Невероятно примитивное и глупое предложение. К тому же никаких фактологических обоснований Минюст не приводил для принятия такой редакции статьи, никаких исследований и обоснований практической пользы для правосудия и прав участников не даётся. Польза – только Минюсту в указанных выше вредоносных целях. Налицо – явная дискриминация судебно-экспертных организаций по их организационно-правовой форме (так как в России в настоящее время преобладают среди судебно-экспертных организаций именно общества с ограниченной ответственностью) и ничем необоснованный и неконституционный запрет  вести свободную экономическую деятельность – судебно-экспертную -  всем коммерческим организациям.

     2)  в той же статье сказано: «В  штате  негосударственной  судебно-экспертной  организации должно  состоять  не  менее  одного  работника,  квалификация  которого должна быть подтверждена сертификатом компетентности и для которого данное  место  работы  является  основным.  Иные  работники  вправе осуществлять  судебно-экспертную  деятельность  в  соответствии  с требованиями части 3 статьи 15 настоящего Федерального закона.». Судя по такой редакции, умные и сведующие люди действуют только в этих организациях, один такой работник гарантирует наличие специальных знаний у всех других работников - экспертов. Невероятно примитивное и глупое предложение. К тому же никаких фактологических обоснований Минюст не приводил для принятия такой редакции статьи, никаких исследований и обоснований практической пользы для правосудия и прав участников не даётся. Польза – только Минюсту в указанных выше вредоносных целях. Минюст пытается навязать организациям принимать  по трудовому договору хотя бы одного эксперта, невзирая на их экономическое состояние. Узость мышления авторов проекта не даёт понять простой вещи – трудовой договор не гарантирует наличие специальных знаний у всех экспертов организации, а эксперты могут работать и на условиях гражданского договора и на условиях общественных (бесплатно) и приносить очевидную пользу правосудию и правам участников процесса. Налицо  необоснованный и неконституционный  запрет  вести свободную экономическую деятельность – судебно-экспертную -  всем организациям, где нет  такого работника ;

3) В той же статье указано: «4. Судебно-экспертные организации  (подразделения)  осуществляют деятельность  по  организации  и  производству  судебной  экспертизы, основываясь  на  теории  судебной  экспертизы,  едином  научно-методическом  подходе  к  экспертной  практике,  профессиональному обучению и специализации экспертов». Собственно, почему подход должен быть единым? Откуда такое суждение? Оно явно не научное, т.к. наука как раз и основана на многообразии подходов и точек зрения, методов. Минюсту и здесь хочется установить свой единый подход, обязательный для всех экспертов, в т.ч. и учёных.

4) Статья 14.  Руководитель судебно-экспертной организации гласит: «2. Руководителем  судебно-экспертной  организации  может  быть гражданин  Российской Федерации,  имеющий  высшее  профессиональное образование  и  прошедший  профессиональное  обучение  в  области судебной экспертизы».

Однако, этот руководитель НЕ является экспертом и отсутствие у него указанного образования никаким образом  не влияет на производство экспертизы именно экспертом, пусть даже и подчинённым ему. В указанной организации вполне может быть очень много именно образованных и опытных экспертов со специальными знаниями. Налицо  необоснованный и неконституционный  запрет  вести свободную экономическую деятельность – судебно-экспертную -  всем организациям, где нет  такого образования у руководителя.

 

            5) Статья 15 проекта гласит:
«1. В качестве судебного эксперта может выступать государственный судебный  эксперт  или  иной  эксперт,  соответствующий  требованиям,

установленным настоящим Федеральным законом.

2. Государственным  судебным  экспертом  является  обладающий специальными  знаниями  работник  (должностное  лицо)  государственной

судебно-экспертной  организации  (подразделения),  имеющий действующий  сертификат  компетентности  и  производящий  судебную экспертизу в порядке исполнения своих должностных обязанностей.

3. Иным судебным экспертом является:

физическое лицо, которое обладает специальными знаниями и имеет действующий  сертификат  компетентности,  но  не  является  работником

(должностным лицом)  государственной судебно-экспертной организации (подразделения);

или

физическое лицо,  которое обладает  специальными  знаниями, но не имеет  сертификата  компетентности  при  условии  предоставления  по требованию  органа  или  лица,  имеющего  право  назначать  судебную экспертизу,  сведений,  касающихся  возможности  производства  судебной экспертизы  (в  том  числе  о  наличии  необходимой  материально-технической  базы),  а  также  имеющихся  документов  об  образовании, специальности,  экспертной  специальности,  наличии  стажа  экспертной работы  и  иных  данных,  свидетельствующих  о  его  компетентности  и надлежащем уровне квалификации».

 

Патологическое стремление Минюста сделать в негосударственной судебно-экспертной организации  хотя бы одного негосударственного эксперта именно с сертификатом, и именно в некоммерческой организации, и именно работниками, да ещё и с постоянным местом работы просто удивляет. Если для государственных организаций это вполне естественно, то введение «крепостного» эксперта в негосударственной организации – это грубое вмешательство в её дела, без учёта  экономического состояния организации и реальной нагрузки экспертов. В отличие от государственных экспертных организаций, в которые  по всем уголовным и административным делам, а также по многим гражданским и арбитражным  делам непрерывным потоком идут поручения экспертиз и эксперты получают из государственного бюджета зарплату, в негосударственных организациях ЭТОГО НЕТ. Они существуют ТОЛЬКО за счёт   денег  от своих услуг и не обеспечены финансированием из госбюджета. Часто бывают ситуации, когда услуги не заказывают и не оплачивают их, в т.ч. – и судебные экспертизы, месяцами, а то и годами ! Об этом будет написано ниже.  Такой закон создаст заведомо убыточный характер  негосударственной судебно-экспертной деятельности, а значит и её фактический неконституционный запрет.

Складывается впечатление, что Правительство РФ не знает, что кроме Трудового кодекса РФ, есть ещё и Гражданский кодекс РФ, законодательство об общественных объединениях, которые позволяют привлекать в качестве экспертов и  лиц, заключивших гражданский договор с экспертной организацией, и членов общественных объединений, которые тоже могут быть экспертными организациями. Такое ощущение, что Минюсту и Правительству РФ просто необходимо, чтобы эксперты были настолько зависимы от экспертного учреждения, насколько максимально это возможно. Никаких фактологических обоснований Минюст не приводил для принятия такой редакции статьи, никаких исследований и обоснований практической пользы для правосудия и прав участников не даётся. Польза – только Минюсту в указанных выше вредоносных целях.  При этом создаётся условие для того, чтобы в случае лишения одного такого эксперта организации  сертификата, заблокировать (запретить) всем  другим экспертам и всей организации делать судебные экспертизы – как планируемые, так и окончить уже начатые. Данное обстоятельство  недопустимо для правосудия и экспертов, позволяет постоянно нарушать принцип независимости экспертов, лишать сразу всех экспертов в организации права производить экспертизы  по надуманным основаниям.

Кроме того, из ч.3 указанной статьи следует, что сертификат – просто одна из бумажек (наряду с документами об образовании, специальности), без которой любой эксперт (кроме «крепостных» государственных экспертов и одного «сертифицированного» эксперта некоммерческой организации) тоже может делать судебные экспертизы. И это не случайно, так как  в проекте закона используется совершенно широкий,  неопределённый, ненужный термин: «9) сертификат  компетентности  -  документ,  подтверждающий квалификацию  физического  лица  для  проведения  судебно-экспертных исследований».

В такой редакции, под «сертификатом компетентности» можно понимать любой документ об образовании, который уже получен физическим лицом в любых образовательных организациях.

Федеральный закон Российской Федерации от 29 декабря 2012 г. N 273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации» тоже чётко даёт понятия в ст.2: «5) квалификация - уровень знаний, умений, навыков и компетенции, характеризующий подготовленность к выполнению определенного вида профессиональной деятельности»; в ст. 60 : «10. Документ о квалификации подтверждает: 1) повышение или присвоение квалификации по результатам дополнительного профессионального образования (подтверждается удостоверением о повышении квалификации или дипломом о профессиональной переподготовке); 2) присвоение разряда или класса, категории по результатам профессионального обучения (подтверждается свидетельством о профессии рабочего, должности служащего)». При этом сама квалификация  может быть получена в соответствии с указанным законом только в процессе образования и обучения (см. ст.2 в п.п.1, 3).

         Таким образом, бессмысленно и незаконно  вводить категорию «сертификат компетентности» как обязательное требование к указанным экспертам для производства судебной экспертизы.   УЖЕ  существует система аттестации  людей в России, которая  давно ДАЁТ  и образование и квалификацию в процессе обучения людей в системе  и высшего, и среднего профессионального, и дополнительного профессионального образования с выдачей соответствующих документов об образовании и квалификации.

          Таким образом, Проект противоречит и новому закону об образовании, т.к. вводит  фактически ещё одну систему образования, которая не предусмотрена новым законом об образовании, и дублирует её.

 

6) Статья 16 Проекта ( Профессиональные и квалификационные требования, предъявляемые к эксперту) гласит: «1. В  качестве  судебного  эксперта  может  выступать  гражданин Российской  Федерации,  обладающий  комплексом  знаний,  умений  и практических  навыков  в  области  конкретной  науки,  техники,  искусства или ремесла, приобретаемых путем профессионального обучения и  (или) профессионального опыта.

2. В  качестве  государственного  судебного  эксперта  может выступать  гражданин  Российской  Федерации,  имеющий  действующий сертификат  компетентности,  высшее  образование  и  прошедший последующее  профессиональное  обучение  по  конкретной  экспертной специальности  в  порядке,  установленном  нормативными  правовыми актами  соответствующих федеральных  органов  государственной  власти, уполномоченных в области судебно-экспертной деятельности. Должность эксперта в экспертно-криминалистических подразделениях федерального органа исполнительной  власти, осуществляющего функции по выработке и  реализации  государственной  политики  и  нормативно-правовому регулированию в сфере внутренних дел может также занимать гражданин Российской  Федерации,  имеющий  среднее  профессиональное образование по специальности "судебная экспертиза".

3. В  качестве  судебного  эксперта  не  может  выступать  лицо, признанное  в  установленном  порядке  недееспособным  или  ограниченно дееспособным,  а  также  лицо,  имеющее  непогашенную  или  неснятую судимость.

 

В  течение  трех  лет  со  дня  соответствующего юридического факта судебным экспертом не может быть лицо:

1) судимость которого погашена или снята в установленном законом порядке;

2) освобожденное  от  уголовной  ответственности  за  совершение умышленного  преступления  по  основаниям,  предусмотренным  статьями 75 - 78, 84 Уголовного кодекса Российской Федерации;

3) действие сертификата компетентности которого прекращено;

4) иные  обстоятельства,  исключающие  участие  лица  в  качестве судебного  эксперта,  в  соответствии  с  законодательством  Российской Федерации».

Минюст и Правительство РФ похоже не знают, что в России не существует никакого всеобъемлющего перечня экспертных специальностей по всем вопросам без исключения, которые требуют специальных знаний. Дело в том, что любая попытка такой перечень установить в административном порядке обречена на неудачу, так как наука, техника, ремесло, искусство  постоянно развиваются, появляются всё новые и новые отрасли знаний и специальности, методы экспертиз. Любая попытка регламентировать науку бюрократами государства приводила к застою, либо деградации. А в данном случае приведёт и к невозможности найти сведущего человека для конкретной экспертизы. Обращает на себя и неразумный ценз – пройти некую «подготовку по конкретной экспертной специальности». А если конкретной экспертной специальности государство не придумало, а экспертизу по конкретному вопросу уже надо провести, где эту подготовку проходить ?

Разработчик проекта даже не читал образовательные стандарты, судя по такой формулировке, ибо все необходимые знания, умения и навыки для  любых экспертных исследований УЖЕ даются в рамках соответствующего уровня образования (среднего, высшего и пр.), а также в ходе дополнительного образования. Совершенно неразумно, незаконно необоснованно выглядит и запрет Минюста в проекте занимать должность эксперта иностранным гражданам и лицам без гражданства. Они  что  - люди и специалисты второго сорта, что ли? Многие иностранные граждане  и апатриды живут постоянно в России и получают российское образование. Откуда идея запрета им заниматься судебно-экспертной деятельностью? Явное нарушение принципа равенства граждан в сфере  профессиональной деятельности, а также принципа национального режима в России для неграждан. Судя по логике Минюста, нужно и другим участникам процессов такие же цензы предъявить – запретить быть свидетелями, понятыми, потерпевшими, истцами, ответчиками всем иностранным гражданам, лицам без гражданства. Театр абсурда. Налицо  необоснованный и неконституционный  запрет  вести свободную экономическую деятельность – судебно-экспертную – указанным выше лицам со специальными знаниями.

Забавно,  эксперты, у которых  просрочен сертификат, приравнены в этом проекте к преступникам. Совершенно необоснован и незаконен и запрет АЖ в течение трёх лет заниматься экспертной деятельностью после такого лишения. Фактически Минюст предлагает ввести особый вид наказания для экспертов без  сертификата по мотивам того, что они отказались его продлить. Такие статьи направлены на создание зависимого типа экспертов – боящихся государственных чиновников из экспертно-квалификационных комиссий, которые в любой момент могут «засомневаться» в уровне квалификации «карманных» экспертов и лишить (не продлить) их заветного сертификата. Налицо создание  условий для подрыва ключевого принципа экспертной деятельности – независимости эксперта, а также  дискриминация экспертов без сертификата.

 

7) В Статье  29.  (Заключение эксперта или комиссии экспертов и его содержание) указано:

1. На основании проведенных исследований с учетом их результатов эксперт  от  своего  имени  или  комиссия  экспертов  дают  письменное заключение  и  подписывают  его.  Подписи  эксперта  или  комиссии экспертов  удостоверяются  печатью  судебно-экспертной  организации (подразделения). По требованию органа или лица, назначивших судебную экспертизу,  подпись  эксперта,  не  являющегося  работником  судебно-экспертной  организации  (подразделения),  на  заключении  должна  быть удостоверена либо заверена нотариально».

Разработчик, похоже, считает чиновников государства (юристов), ведущих процесс, настолько беспомощными и безграмотными, что они не способны проверить сами без нотариусов достоверность указанных документов и подписи. Такая норма явно направлена на обеспечение клиентами наших «дорогих» нотариусов. Представьте, если  каждый лист/подпись  заверять у нотариуса (ещё и отсидеть в очереди к нотариусу, да ещё и найти приличного нотариуса, который не откажет в таких «мелочах»), то потратиться нужно будет на круглую сумму, иногда равноценную стоимости самой экспертизы. Кроме того, общеизвестно, что большинство нотариусов никаких мер к проверке достоверности документов и подписей не предпринимает (напр. запросы в образовательные учреждения, по месту работы, экспертизы и пр.). Как раз у органов и должностных лиц государства, ведущих процесс, таких полномочий гораздо больше. Разработчик явно делает процедуру представления «бумажек» независимым экспертам максимально  затруднительной и финансово обременительной, дабы и мыслей заниматься экспертизами не было.

 

8) Статья 17 проекта (Сертификация компетентности судебного эксперта) гласит:

1. Сертификация  компетентности  лиц,  обладающих  специальными знаниями  и  являющихся  работниками  государственных  судебно-экспертных  организаций  (должностными  лицами),  осуществляется  в обязательном порядке.

2. Сертификация  компетентности  лиц,  обладающих  специальными знаниями  и  не  являющихся  работниками  государственных  судебно-экспертных организаций, осуществляется в добровольном порядке.

3. Сертификация компетентности проводится один раз в пять лет.

4. Уполномоченный федеральный  орган  исполнительной  власти  по сертификации компетентности лиц, обладающих специальными знаниями и  не  являющихся  работниками  государственных  судебно-экспертных организаций  (подразделений),  определяется Правительством  Российской Федерации. Порядок  сертификации  компетентности  лиц,  обладающих специальными  знаниями,  в  том  числе  внеочередной  сертификации, порядок  выдачи,  отказа  в  выдаче,  приостановления,  прекращения действия  и  лишения  сертификата  компетентности,  а  также  форма сертификата  компетентности  устанавливаются  Правительством Российской Федерации».

 

           О понятии «сертификата компетентности» и его бессмысленности написано выше. Попробуй не получи такой сертификат – тебе и поручать не будут  экспертизу. А если и получишь за большие деньги этот сертификат у того же Минюста, то его всегда могут лишить по надуманным основаниям – «При возникновении обоснованных сомнений в надлежащем уровне квалификации». Мало ли кто в ком сомневается, эксперт же действует по своему внутреннему убеждению. Если кому-то кажется или сомнения гложут, то это достаточное основания лишить сведущего человека сертификата, а значит и права делать судебные экспертизы. Такой вывод напрямую вытекает из содержания другой статьи (16-й) того же проекта.

        Очевидно, Минюст создаёт условия для нарушения принципа независимости эксперта. К тому же, фактически Минюст предлагает создание второй системы аттестации специалистов, которая действовала бы параллельно  существующей системе государственной аттестации в системе образовательных  учреждений России  по итогам  форм контроля, которые в ней установлены. Чиновники Минюста безосновательно считают, что вправе заниматься такой образовательной деятельностью вместе со своими  государственными экспертами, не имея ни  образовательных ресурсов (в т.ч. и преподавателей, библиотек, учебных зданий и пр.), ни стандартов, ни лицензии.

             Фактически  Минюст считает, что существующая система  аттестации в  системе образования, которая выдаёт документы об образовании (единственный вид документов, которые подтверждают наличие специальных знаний, умений, навыков) – в соответствии со ст.27 Закона РФ об образовании от 10 июля 1992 года № 3266-1) не нужна и её нужно подменить другой системой, которая будет выдавать сертификаты – бумаги, которые в силу законов об образовании вообще не имеют никакой юридической силы в части подтверждения наличия каких-либо знаний, умений и навыков, их уровня (т.е. квалификации), сертификаты компетентности не могут подтверждать наличие какого-либо образовательного уровня (ценза). В проекте делается попытка придать такому сертификату  статус документа об образовании. Явно противоречащая законодательству об образовании формулировка. Судя по такой редакции, умные и сведущие люди (с высшим образованием!) способны делать судебные экспертизы только при наличии бумажки, которую (если повезёт на экзамене, на котором чиновники наверняка проголосуют против негосударственного эксперта, как конкурента и «непослушного») выдают чиновники от государственных структур. Невероятно примитивное и глупое предложение. К тому же никаких фактологических обоснований Минюст не приводил для принятия такой редакции статьи, никаких исследований и обоснований практической пользы для правосудия и прав участников не даётся. Польза – только Минюсту в указанных выше вредоносных целях. Зато платить за сертификацию  негосударственным экспертам придётся государству очень много, да ещё и каждые пять лет (если повезёт и досрочно эксперта не лишат сертификата). Подобные сертификаты  учреждения Минюста уже выдают за «скромную» сумму около 50 000 руб., но по итогам добровольной сертификации. А вот и «ушки» непомерного обогащения Минюста и др. государственных структур, которые «точат» из проекта. Не забудем, что коррупция в России в таких сертифицирующих и лицензирующих органах у нас на высоте, суммы могут быть куда больше – на взятки и пр. поборы с негосударственных экспертов.

            9) Обращает на себя коррупциогенность ранее размещённого проекта, установленная в  Заключении – см. на http://forum.sud-expertiza.ru/viewtopic.php?f=107&t=1100 - по результатам независимой антикоррупционной экспертизы Двоеглазова Николая Викторовича.

          В представленном Проекте федерального закона "О судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" выявлены коррупциогенные факторы:

          1. п. 8 ст. 13 главы 1- "Правительством Российской Федерации может устанавливаться перечень судебных экспертиз, проводимых исключительно государственными судебно-экспертными организациями (подразделениями)" содержит выявленные коррупциогенные факторы:
1. Широта дискреционных полномочий - отсутствие или неопределенность сроков, условий или оснований принятия решения (п.п. ""а"" п. 3 Методики проведения антикоррупционной экспертизы нормативных правовых актов и проектов нормативных правовых актов, утвержденной Постановлением Правительства Российской Федерации от 26 февраля 2010 г. N 96);
2. Выборочное изменение объема прав - возможность необоснованного установления исключений из общего порядка для граждан и организаций по усмотрению органов государственной власти или органов местного самоуправления (их должностных лиц) (п.п. ""в"" п. 3 Методики проведения антикоррупционной экспертизы нормативных правовых актов и проектов нормативных правовых актов, утвержденной Постановлением Правительства Российской Федерации от 26 февраля 2010 г. N 96);
3. Чрезмерная свобода подзаконного нормотворчества - наличие бланкетных и отсылочных норм, приводящее к принятию подзаконных актов, вторгающихся в компетенцию органа государственной власти или органа местного самоуправления, принявшего первоначальный нормативный правовой акт (п.п. ""г"" п. 3 Методики проведения антикоррупционной экспертизы нормативных правовых актов и проектов нормативных правовых актов, утвержденной Постановлением Правительства Российской Федерации от 26 февраля 2010 г. N 96)."

2. п. 4 ст. 15 главы 1- "Сертификация компетентности судебных экспертов осуществляется экспертно-квалификационными комиссиями, создаваемыми федеральными органами исполнительной власти, Следственным комитетом Российской Федерации с участием негосударственных судебных экспертов в порядке, установленном Правительством Российской Федерации. Уровень квалификации экспертов подлежит пересмотру указанными комиссиями каждые пять лет" содержит выявленные коррупциогенные факторы:
1. Широта дискреционных полномочий - отсутствие или неопределенность сроков, условий или оснований принятия решения (п.п. ""а"" п. 3 Методики проведения антикоррупционной экспертизы нормативных правовых актов и проектов нормативных правовых актов, утвержденной Постановлением Правительства Российской Федерации от 26 февраля 2010 г. N 96);
2. Выборочное изменение объема прав - возможность необоснованного установления исключений из общего порядка для граждан и организаций по усмотрению органов государственной власти или органов местного самоуправления (их должностных лиц) (п.п. ""в"" п. 3 Методики проведения антикоррупционной экспертизы нормативных правовых актов и проектов нормативных правовых актов, утвержденной Постановлением Правительства Российской Федерации от 26 февраля 2010 г. N 96);
3. Чрезмерная свобода подзаконного нормотворчества - наличие бланкетных и отсылочных норм, приводящее к принятию подзаконных актов, вторгающихся в компетенцию органа государственной власти или органа местного самоуправления, принявшего первоначальный нормативный правовой акт (п.п. ""г"" п. 3 Методики проведения антикоррупционной экспертизы нормативных правовых актов и проектов нормативных правовых актов, утвержденной Постановлением Правительства Российской Федерации от 26 февраля 2010 г. N 96)."

            3. абз. 2 п. 5 ст. 15 главы 1- "По требованию суда, судьи, следователя, дознавателя, органа (должностного лица), в производстве которого находится дело об административном правонарушении, лицо, указанное в предыдущем абзаце, обязано представить заверенные в нотариальном порядке копии имеющихся документов об образовании, специальности, о наличии стажа работы в качестве судебного эксперта" содержит выявленные коррупциогенные факторы:
         1. Наличие завышенных требований к лицу, предъявляемых для реализации принадлежащего ему права - установление неопределенных, трудновыполнимых и обременительных требований к гражданам и организациям (п.п. "а" п. 4 Методики проведения антикоррупционной экспертизы нормативных правовых актов и проектов нормативных правовых актов, утвержденной Постановлением Правительства Российской Федерации от 26 февраля 2010 г. N 96) 

        6. п. 2 ст. 17 главы 1 - "При возникновении обоснованных сомнений в надлежащем уровне квалификации лиц, указанных в части первой настоящей статьи, проводится внеочередное подтверждение их компетенции." содержит выявленные коррупциогенные факторы:
1. Широта дискреционных полномочий - отсутствие или неопределенность сроков, условий или оснований принятия решения (п.п. "а" п. 3 Методики проведения антикоррупционной экспертизы нормативных правовых актов и проектов нормативных правовых актов, утвержденной Постановлением Правительства Российской Федерации от 26 февраля 2010 г. N 96);
2. Выборочное изменение объема прав - возможность необоснованного установления исключений из общего порядка для граждан и организаций по усмотрению органов государственной власти или органов местного самоуправления (их должностных лиц) (п.п. "в" п. 3 Методики проведения антикоррупционной экспертизы нормативных правовых актов и проектов нормативных правовых актов, утвержденной Постановлением Правительства Российской Федерации от 26 февраля 2010 г. N 96);
3. Отсутствие или неполнота административных процедур - отсутствие порядка совершения органами государственной власти или органами местного самоуправления (их должностными лицами) определенных действий либо одного из элементов такого порядка (п.п. "ж" п. 3 Методики проведения антикоррупционной экспертизы нормативных правовых актов и проектов нормативных правовых актов, утвержденной Постановлением Правительства Российской Федерации от 26 февраля 2010 г. N 96);
4. Юридико-лингвистическая неопределенность - употребление неустоявшихся, двусмысленных терминов и категорий оценочного характера (п.п. "в" п. 4 Методики проведения антикоррупционной экспертизы нормативных правовых актов и проектов нормативных правовых актов, утвержденной Постановлением Правительства Российской Федерации от 26 февраля 2010 г. N 96).

        7. п. 3 ст. 17 главы 1 - "Порядок проведения сертификации компетентности лиц, указанных в части первой настоящей статьи (в том числе внеочередного подтверждения компетентности), устанавливается Правительством Российской Федерации" содержит выявленные коррупциогенные факторы:

          1. Широта дискреционных полномочий - отсутствие или неопределенность сроков, условий или оснований принятия решения (п.п. ""а"" п. 3 Методики проведения антикоррупционной экспертизы нормативных правовых актов и проектов нормативных правовых актов, утвержденной Постановлением Правительства Российской Федерации от 26 февраля 2010 г. N 96);

         2. Выборочное изменение объема прав - возможность необоснованного установления исключений из общего порядка для граждан и организаций по усмотрению органов государственной власти или органов местного самоуправления (их должностных лиц) (п.п. ""в"" п. 3 Методики проведения антикоррупционной экспертизы нормативных правовых актов и проектов нормативных правовых актов, утвержденной Постановлением Правительства Российской Федерации от 26 февраля 2010 г. N 96);
           3. Чрезмерная свобода подзаконного нормотворчества - наличие бланкетных и отсылочных норм, приводящее к принятию подзаконных актов, вторгающихся в компетенцию органа государственной власти или органа местного самоуправления, принявшего первоначальный нормативный правовой акт (п.п. ""г"" п. 3 Методики проведения антикоррупционной экспертизы нормативных правовых актов и проектов нормативных правовых актов, утвержденной Постановлением Правительства Российской Федерации от 26 февраля 2010 г. N 96)."

          8. ст. 18 главы 1 - "Порядок и условия выдачи, отказа в выдаче сертификата компетентности судебного эксперта устанавливаются Правительством Российской Федерации" содержит выявленные коррупциогенные факторы:
          1. Широта дискреционных полномочий - отсутствие или неопределенность сроков, условий или оснований принятия решения (п.п. ""а"" п. 3 Методики проведения антикоррупционной экспертизы нормативных правовых актов и проектов нормативных правовых актов, утвержденной Постановлением Правительства Российской Федерации от 26 февраля 2010 г. N 96);

         2. Выборочное изменение объема прав - возможность необоснованного установления исключений из общего порядка для граждан и организаций по усмотрению органов государственной власти или органов местного самоуправления (их должностных лиц) (п.п. ""в"" п. 3 Методики проведения антикоррупционной экспертизы нормативных правовых актов и проектов нормативных правовых актов, утвержденной Постановлением Правительства Российской Федерации от 26 февраля 2010 г. N 96);
3. Чрезмерная свобода подзаконного нормотворчества - наличие бланкетных и отсылочных норм, приводящее к принятию подзаконных актов, вторгающихся в компетенцию органа государственной власти или органа местного самоуправления, принявшего первоначальный нормативный правовой акт (п.п. ""г"" п. 3 Методики проведения антикоррупционной экспертизы нормативных правовых актов и проектов нормативных правовых актов, утвержденной Постановлением Правительства Российской Федерации от 26 февраля 2010 г. N 96)."

          14. п. 2 ст. 35 главы 1 - "Специальная подготовка и повышение квалификации по соответствующей экспертной специальности лиц, которые не являются работниками (сотрудниками) государственных судебно-экспертных организаций (подразделений), за исключением лиц, указанных в части одиннадцатой статьи 13 настоящего Федерального закона, осуществляется в государственных судебно-экспертных организациях и в образовательных учреждениях, перечень которых устанавливается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти с учетом ограничений, предусмотренных законодательством Российской Федерации" содержит выявленные коррупциогенные факторы:

        1. Широта дискреционных полномочий - отсутствие или неопределенность сроков, условий или оснований принятия решения (п.п. ""а"" п. 3 Методики проведения антикоррупционной экспертизы нормативных правовых актов и проектов нормативных правовых актов, утвержденной Постановлением Правительства Российской Федерации от 26 февраля 2010 г. N 96);

           2. Выборочное изменение объема прав - возможность необоснованного установления исключений из общего порядка для граждан и организаций по усмотрению органов государственной власти или органов местного самоуправления (их должностных лиц) (п.п. ""в"" п. 3 Методики проведения антикоррупционной экспертизы нормативных правовых актов и проектов нормативных правовых актов, утвержденной Постановлением Правительства Российской Федерации от 26 февраля 2010 г. N 96);
3. Чрезмерная свобода подзаконного нормотворчества - наличие бланкетных и отсылочных норм, приводящее к принятию подзаконных актов, вторгающихся в компетенцию органа государственной власти или органа местного самоуправления, принявшего первоначальный нормативный правовой акт (п.п. ""г"" п. 3 Методики проведения антикоррупционной экспертизы нормативных правовых актов и проектов нормативных правовых актов, утвержденной Постановлением Правительства Российской Федерации от 26 февраля 2010 г. N 96)."

         15. п. 3 ст. 35 главы 1 - "Для обеспечения надлежащего уровня квалификации работники (сотрудники) судебно-экспертных организаций и лица, обладающие специальными знаниями, не являющиеся работниками судебно-экспертных организаций, которые получили сертификат компетентности судебного эксперта, один раз в пять лет должны пройти повышение квалификации в соответствии со специальностью и подтвердить уровень своих профессиональных знаний" содержит выявленные коррупциогенные факторы:

     1. Наличие завышенных требований к лицу, предъявляемых для реализации принадлежащего ему права - установление неопределенных, трудновыполнимых и обременительных требований к гражданам и организациям (п.п. "а" п. 4 Методики проведения антикоррупционной экспертизы нормативных правовых актов и проектов нормативных правовых актов, утвержденной Постановлением Правительства Российской Федерации от 26 февраля 2010 г. N 96) и пр.».

        

 

        Вместе с тем, проект никак не решает именно злободневные проблемы судебно-экспертной деятельности, вопросы оплаты труда экспертов, которые никак не волнуют ни Правительство РФ, ни Минюст РФ.

 

        Так, в Федеральный закон РФ  от 31 мая 2001 г.  № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации»  Федеральным законом РФ №124-ФЗ от 28.06.2009 года было внесено дополнение - в ст.16: «Эксперт или государственное судебно-экспертное учреждение не вправе отказаться от производства порученной им судебной экспертизы в установленный судом срок, мотивируя это отказом стороны, на которую судом возложена обязанность по оплате расходов, связанных с производством судебной экспертизы, осуществить оплату назначенной экспертизы до ее проведения».

          Таким образом, законодатель хотел решить важную проблему - неисполнение судебных определений о назначении экспертиз по мотивам неоплаты экспертизы.

          Аналогичные поправки были внесены и в статью 85ГПК РФ: Эксперт или судебно-экспертное учреждение не вправе отказаться от проведения порученной им экспертизы в установленный судом срок, мотивируя это отказом стороны произвести оплату экспертизы до ее проведения. В случае отказа стороны от предварительной оплаты экспертизы эксперт или судебно-экспертное учреждение обязаны провести назначенную судом экспертизу и вместе с заявлением о возмещении понесенных расходов направить заключение эксперта в суд с документами, подтверждающими расходы на проведение экспертизы, для решения судом вопроса о возмещении этих расходов соответствующей стороной с учетом положений части первой статьи 96 истатьи 98 настоящего Кодекса.

           В  ст. 55 АПК РФ в ч.6 также внесено дополнение: «В случае невыполнения требования арбитражного суда о представлении заключения эксперта в суд в срок, установленный в определении о назначении экспертизы, при отсутствии мотивированного сообщения эксперта или государственного судебно-экспертного учреждения о невозможности своевременного проведения экспертизы либо о невозможности проведения экспертизы по причинам, указанным в части 4 настоящей статьи, судом на руководителя государственного судебно-экспертного учреждения или виновного в указанных нарушениях эксперта налагается судебный штраф в порядке и в размерах, которые установлены в главе 11 настоящего Кодекса».

            Нетрудно заметить, что данные поправки являются полумерами и не учитывают ряда негативных последствий, которые значительнее «благого»  желания законодателя.

           Во-первых, законодатель явно не учел  финансовую состоятельность экспертных организаций и экспертов на момент назначения  экспертизы. Бывают случаи, когда производство экспертизы сопряжено с необходимостью приобрести дорогостоящее оборудование и материалы для экспертизы, поэтому необходима полная или частичная предоплата экспертизы. Для негосударственной экспертной организации и или эксперта производство такой экспертизы без предоплаты нередко просто разорительно и без гарантии, что должник  оплатит эту экспертизу в будущем.

          По той же причине систему оплаты работы экспертов, закрепленную в АПК РФ, следует также признать несостоятельной и несправедливой, поскольку оплата экспертизы с депозитных счетов арбитражных судов РФ производится только после представления заключений экспертов в суд.   

          Экспертам и экспертным организациям приходится ждать нередко длительное время оплаты экспертизы (от одного месяца и более, вплоть до вынесения решения суда по делу и т.д.), а в случае, если суд не примет решения об оплате - они вообще не получают вознаграждения за оплату и не имеют по права обжаловать такое бездействие суда. Кроме того, в случае неплатежеспособности или прекращения существования лица, обязанного оплатить экспертизу, эксперты и организации (в основном – негосударственные) ВООБЩЕ не получают оплату своей работы. То есть, по указанному «мудрому» решению государства в данном случае эксперты и экспертные организации остаются «с носом», без малейшего права (а право – это реальная возможность) на вознаграждение за работу. Думается, что в данном случае ответственность (в т.ч. гражданско-правовую) за неоплату экспертизы должно нести именно государство в лице своих финансовых органов, поскольку именно по вине неконституционных действий законодательных и  судебных органов государства, эксперт и экспертная организация были лишены вознаграждения за работу. Европейский суд по правам человека (Страсбург) в свое время четко указал, что правосудие будет реализовано не с момента вынесения решения суда о взыскании средств в пользу человека, а с момента РЕАЛЬНОГО ИСПОЛНЕНИЯ решения суда о взыскании.  Так, водном из своих решений Европейский суд уже высказывался по проблеме неисполнения судебных решений, в частности, было отмечено, что “исполнение судебного решения должно рассматриваться как неотъемлемая часть судебного процесса”, а также что “государственный орган не имеет права ссылаться на недостаток средств в оправдание неисполнения судебного решения о взыскании задолженности” (См., напр. : http://xxi.com.ua/pole/3_2.htm ). Таким образом, если в разумные, отведенные законом для исполнения решения суда сроки, последнее не будет исполнено, то будет нарушено право человека и организации на правосудие, что влечет за собой ответственность (в т.ч. гражданско-правовую) государства за действия его органов.

             

          Во-вторых, такие нормы не учитывают финансового состояния  стороны,  на которую возложено оплата производства экспертизы. Есть ситуации, когда эта сторона не имеет денег на оплату экспертизы и не выплатит их даже по решению суда о взыскании средств на оплату экспертизы (а таких случаев в практике – около 20 %). Экспертам остаётся ждать оплаты экспертизы до прекращения существования  должника, а потом – вовсе нет перспективы оплаты экспертизы.

 

        Таким образом, негосударственных экспертов и экспертные организации  указанные новшества в законе поставили  в унизительное, неправовое и несправедливое положение, нарушающее их законное  право на оплату работы (производства экспертизы), фактически  ввели в России еще одну разновидность принудительного неоплачиваемого  труда, который в России  запрещен в соответствии со ст.37 Конституции РФ. 

          Количество дел, в которых суд формально обязал сторону оплатить производство экспертизы, но экспертизу оно не оплатило (своевременно, частично или полностью) ни до решения суда, ни после, за 2009-2013 годы возросло на 30 % и продолжает расти, что показывает на криминализацию и деградацию общества и место государства в этом пагубном процессе.

            Судьи в случае обращений экспертов о том, чтобы в определении о назначении экспертизы было указано, что экспертиза должна быть произведена после ее оплаты, нередко игнорируют такие обращения, «отписываясь» тем, что когда-нибудь потом будет вынесено решение о взыскании расходов – оплаты экспертизы – и эксперт получит свое вознаграждение когда-нибудь в ходе исполнительного производства. Никого в нашем государстве не волнует факт – всего около 50 % всех решений судов России  о взыскании имущества исполняются  частично или полностью и государство не несет никакой ответственности за неисполнение судебных решений. Прилагаем доказательство – ответ Управления службы судебных приставов по Красноярскому краю от 01 марта 2012 г. № 24/15-04-5893-3845 о том, что свыше двух лет оплату судебных экспертиз  три должника  нам не  оплатили и взыскать с них эти долги не представляется возможным! Они до сих пор не оплатили экспертизы.

               Указанное позволяет сделать вывод о том, что наше государство по указанному выше вопросу  выступает в роли паразитической  организации, которая узаконила принудительный безвозмездный (под угрозой наказания – штрафа) труд негосударственных экспертов и их организаций для своих целей – для своего правосудия, вне зависимости от фактической оплаты их работы, поставило вопрос об оплате работы в зависимость от усмотрения стороны по делу (обязанность оплатить работу эксперта не обеспечена ничем) и не обеспечило оплату экспертам  в случае неплатежеспособности обязанного лица. Из прошлого мы знаем, что людей, которые работали под принуждением и бесплатно называли рабами.  Неужели рабовладение вернулось даже в судебно-экспертную сферу ?

           Представляется, что нужно установить  в законах общий порядок оплаты судебных экспертиз - обязать сторону, на которую суд или другой орган, лицо, ведущее процесс, возложил обязанность оплаты экспертизы,  вносить по требованию эксперта или экспертной организации полную или частичную предоплату  производства судебной экспертизы, а также установить в КоАП РФ административную ответственность  за неисполнение такой обязанности.

             В случае же  неоплаты экспертизы, эксперта и экспертную организацию нужно наделить правом возвращения документов и материалов в  орган, назначивший экспертизу, без производства экспертизы по мотивам ее неоплаты. Иначе, государство, обеспечивая интересы правосудия,  нарушает конституционные права и законные интересы других участников процесса - экспертов и  экспертных организаций, что совершенно недопустимо.

 

           Итак, такой проект Правительства РФ и Минюста РФ закона весьма вредоносен, поскольку:

        1)  без всяких разумных и законных обоснований (в т.ч. при отсутствии каких либо результатов исследований эффективности деятельности негосударственных экспертов) призывает фактически запретить негосударственную судебную экспертную деятельность в России, а программа минимум - сделать негосударственных экспертов послушными марионетками от государственных органов. Вполне понятно, что независимая экспертиза не нужна коррупционерам в нашем государстве, т.к. она мешает грабить нашу страну и народ и заниматься политическими репрессиями, а также бороться с инакомыслием. Государственные эксперты легко управляемы и могут всегда нужное, в т.ч. коррупционное заключение, а негосударственные - пока нет;

      2) принятие закона в такой редакции может привести к миллионным "заказным" неправосудным решениям судов (основанным на надуманных «заказных» необоснованных заключениях государственных экспертов) и нарушениям прав миллионов граждан России;

      3)  сроки экспертиз вырастут в десятки раз (мы все знаем как долго – часто до года и более – делают экспертизы государственные эксперты), а значит и сроки правосудия. В настоящее время около 80 % всех экспертных заключений в юридических процессах (за исключением уголовного) дают именно  негосударственные эксперты; 

      4) редкие виды экспертиз, которые государственные учреждение не делают, невозможно будет проводить после принятия такого закона;

      5) не будет  и возможностей исправить  экспертные ошибки государственных экспертов в системе негосударственной  экспертной деятельности;

      6) незаконные поборы со сторон за «нужное» экспертное заключение в государственных учреждениях опять «расцветут»;

      7) вредоносность такого проекта  проявится и в том, что десятки тысяч негосударственных экспертов и экспертных организаций останутся без работы, а новые рабочие места государство им не предоставит в случае принятия такого закона, семьи этих людей останутся без содержания. В России уже давно население сокращается каждый год более чем на 1 000 000 человек, новые рабочие места не создаются, нищета процветает, налоги растут в геометрической прогрессии. За полгода 2013 года почти на  миллион  индивидуальных предпринимателей  в России стало меньше в виду неразумного повышения почти в два раза обязательных платежей государству. Ещё одним шагом в этом направлении со стороны государства будет принятие такого проекта закона – десятки тысяч экспертных организаций-налогоплательщиков перестанут платить налоги по причине невозможности получения доходов ;

      8) бремя расходов на негосударственных экспертов и  экспертных организаций при принятии  такого закона необоснованно увеличится в десятки раз, что будет создавать препятствия для свободной экономической, предпринимательской деятельности;

      9) в случае принятия такого закона Минюст и его подведомственные организации будут фактически руководить научной сферой  - судебной экспертологией, устанавливать ОБЯЗАТЕЛЬНЫЕ к применению научные методики судебных экспертиз, а также монопольно осуществлять профессиональное обучение ВСЕХ экспертов (в т.ч. и негосударственных), не имея ни лицензий, ни достаточных ресурсов, ни правовых оснований, что противоречит законодательству о научной деятельности, об образовании (фактически – это незаконный запрет огромному количеству уже существующих фундаментальных образовательных организаций обучать будущих и действующих экспертов, которые там уже ПОСТОЯННО обучаются более 20 лет), об ограничении монополий и недопустимо с точки зрения науки, т.к. в науке нет ЕДИНСТВЕННО ВОЗМОЖНЫХ И ОБЯЗАТЕЛЬНЫХ к применению методов, а есть их МНОГООБРАЗИЕ;

     10) отсутствие  чёткого понятия сертификата компетентности (ненужного по существу и неотличимого от документа об образовании) и подробно установленного в законе порядка  его выдачи и прекращения действия приведёт к  многочисленным злоупотреблениям чиновников в ходе этих процессов, к нарушающему принцип независимости  административному контролю за экспертной деятельностью всех экспертов;

     11) в случае принятия такого закона будет официально введена дискриминация  коммерческих организаций при осуществлении судебно-экспертной деятельности, неконституционный  запрет  вести свободную экономическую деятельность – судебно-экспертную -  всем коммерческим организациям. Будет создан неконституционный механизм:  в случае лишения одного эксперта негосударственной организации  сертификата – фактического запрещения и всем  другим экспертам и всей организации делать судебные экспертизы – как планируемые, так и окончить уже начатые. Данное обстоятельство  недопустимо для правосудия и экспертов, позволяет постоянно нарушать принцип независимости экспертов, право на свободную экономическую деятельности, право на труд,  лишать сразу всех экспертов в организации права производить экспертизы  по надуманным основаниям;

     12) попытка подменить понятие эксперта как человека, имеющего специальные знания, на понятие эксперта как человека, имеющего «сертификат компетентности»  приведёт к появлению огромного количества лиц, которые не будут иметь специальные знания по профилю поручаемой экспертизы, но будут иметь «сертификат компетентности» , выданный  за большие деньги Минюстом и пр.  «сертификаторами», что УЖЕ имеет массовый характер по России.

         Эти несведущие лица уже делают судебные экспертизы, поэтому вред от них уже есть и  будет колоссальный.  Поэтому нужно принять поправку к действующему закону такого содержания: «Сертификат компетентности  не подменяет документа об образовании о наличии специальных знаний эксперта и не может подтверждать наличие специальных знаний и квалификации эксперта».

    13) немаловажным является и нарушение независимости и самостоятельности судей, следователей и пр. лиц, ведущих процесс, которых такой закон лишит права  привлекать очень нужных лиц, которые работают в негосударственных организациях, со специальными знаниями в качестве экспертов, без разрешения  чиновников-сертификаторов (которые никакого отношения к процессу вообще не имеют) выраженном в  сертификате – правопорождающей бумажке. До такого даже в советский период  законотворцы не додумались. Логическим продолжением таких законов является  обязательная «сертификация» свидетелей, понятых, истцов, ответчиков, третьих лиц, потерпевших и пр.

   14) принятие такого закона НЕИЗБЕЖНО  затронет и права депутатов всех уровней, их родственников и близких лиц по конкретным делам – когда «заказные» и недостоверные заключения оставшихся государственных  и пр. «ручных» экспертов позволят привлекать их к ответственности НЕОБОСНОВАННО и по существу НЕЗАКОННО. У Минюста, Правительства РФ  и их чиновников появятся рычаги для очередного передела, необоснованного и незаконно изъятия собственности, в т.ч. и указанных лиц, в России, ибо в судах имущественные дела практически ВСЕГДА  сопровождаются назначением судебных экспертиз.

 

         В целом, весь проект противоречит практически всем сопряжённым отраслям права и ключевым законам: о конкуренции, о предпринимательской деятельности, о науке, об образовании, о процессуальной деятельности, о правовом положении иностранных граждан. Этот проект разработан на основании только ложных слухов о «некачественной» работе негосударственных экспертов и не имеет никакого иного разумного, законного и справедливого обоснования, никакой пользы для правосудия и экспертной деятельности он не принесёт, а только вред.

        

           В связи с вышеуказанным просим учесть все указанные выше доводы и  принять меры к тому, чтобы указанный закон не был принят. Действующий закон действует вполне эффективно, за некоторыми недостатками. Просим  учесть при работе над указанным проектом и действующим законом наши предложения и замечания (прилагаем Проект указанного закона в нашей редакции, которую просим принять), в первую очередь – вопрос об оплате экспертиз негосударственных экспертов и экспертных организаций, которая не обеспечена ни финансами государства, ни своевременной надлежащей оплатой обязанной стороны в процессе. Действующий закон  позволяет заставлять бесплатно работать негосударственных экспертов и экспертные организации под страхом наказания, что запрещено Конституцией РФ.

         Просим учесть, что мы не единственная организация, которая понимает вредоносность данного закона, огромное количество мнений о вреде проекта расположено в Интернете на сайтах экспертных организаций – см. на

http://forum.sud-expertiza.ru/viewforum.php?f=105&sid=c0c7d8b7a76822dc7154c07a7fc6ab4c, а также наhttp://blog.pravo.ru/blog/forensic_audio_and_video/6132.html и пр.

О рассмотрении данного письма, Вашем мнении и о принятых мерах просим сообщить нам в адрес: 660074, г.Красноярск, а/я 16841, а также эл. почтой: Mbe2009@yandex.ru .

 

Приложения:

1) (копия): ответ Управления службы судебных приставов по Красноярскому краю от 01 марта 2012 г. № 24/15-04-5893-3845 о том, что свыше двух лет оплату судебных экспертиз  три должника  нам не  оплатили и взыскать с них эти долги не представляется возможным – 6 листов;

2) Проект Правительства РФ ФЗ «О судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» в редакции ООО «Межрегиональное бюро экспертиз» - 1 файл.

3) Таблица поправок к проекту № 306504-6  Правительства РФ Федерального закона «О судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» - 1 файл.

 

 

С уважением.

 

Директор,  канд. юрид. наук, профессор, член Российской академии юридических наук

 

 

 

 

 

 

Попов Андрей Николаевич

 

© 2011 Международная славянская правовая академия Правь
Создание, разработка сайта - студия Мегагрупп.ру.