Content on this page requires a newer version of Adobe Flash Player.

Get Adobe Flash player


Новости

Яндекс.Погода

Главная  / Познавательные публикации и материалы / Попов А.Н. О проекте Министерства юстиции РФ Федерального закона «О судебно-экспертной деятельности»

Попов А.Н. О проекте Министерства юстиции РФ Федерального закона «О судебно-экспертной деятельности»

        На сайте Министерства юстиции РФ (далее – Минюст) в 2013 году был размещён проект Федерального закона Министерства юстиции РФ «О судебно-экспертной деятельности» (далее – проект), который вызвал целую бурю негодования не только среди большого негосударственного экспертного сообщества, но и среди государственных экспертов, учёных, которые здраво оценивают причины его появления и весьма пагубные последствия принятия такого закона.

        Впервые за всю историю правового регулирования, Минюст решил изменить понятие самого эксперта, так в ст.1 проекта указано: «судебный эксперт - лицо, соответствующее требованиям законодательства Российской Федерации, которому в процессе судопроизводства в порядке, установленном Федеральным конституционным законом "О Конституционном Суде Российской Федерации" и процессуальным законодательством Российской Федерации, поручено производство судебной экспертизы».

          Из человека, имеющего специальные знания в различных отраслях, Минюст пытается сделать экспертом «лицо, соответствующее неким требованиям законодательства» (а также субъективному мнению чиновников, которые даже и процесс вести не будут), про специальные знания вообще не говорится.

           И это не случайно, т.к. Минюст пытается исключить из числа так нужных судопроизводству знающих лиц, практически всех  специалистов, кроме тёх, которые будут удовлетворять явно завышенным и научно-необоснованным требованиям, которые направлены на получение огромной МАТЕРИАЛЬНОЙ ВЫГОДЫ Минюста, на его тотальный контроль за всеми экспертами России, в ущерб интересам правосудия, правам участников процессов.

      «Уши» такого стремления заработать и тотально контролировать «торчат» во многих положениях проекта:

1)  в ст. 13 проекта: «Негосударственными судебно-экспертными организациями являются некоммерческие организации (некоммерческие партнерства, частные учреждения или автономные некоммерческие организации), созданные в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации и Федеральным законом от 12 января 1996 года N 7-ФЗ "О некоммерческих организациях", осуществляющие судебно-экспертную деятельность в соответствии с уставами».

        Очевидно, что незаконно ограничивать круг экспертных организаций только этими, подконтрольными Минюсту организациями. Судя по такой редакции, умные и сведущие люди действуют только в этих организациях, а их организационная форма гарантирует наличие специальных знаний. Невероятно примитивное и глупое предложение. К тому же никаких фактологических обоснований Минюст не приводил для принятия такой редакции статьи, никаких исследований и обоснований практической пользы для правосудия и прав участников не даётся. Польза – только Минюсту в указанных выше вредоносных целях;

2)  в той же статье сказано: «3. В штате негосударственной судебно-экспертной организации должно состоять не менее одного работника, для которого данное место работы является основным и квалификация которого подтверждена сертификатом компетентности судебного эксперта». Судя по такой редакции, умные и сведующие люди действуют только в этих организациях, один такой работник гарантирует наличие специальных знаний у всех других работников - экспертов. Невероятно примитивное и глупое предложение. К тому же никаких фактологических обоснований Минюст не приводил для принятия такой редакции статьи, никаких исследований и обоснований практической пользы для правосудия и прав участников не даётся. Польза – только Минюсту в указанных выше вредоносных целях. Минюст пытается навязать организациям принимать  по трудовому договору хотя бы одного эксперта, невзирая на их экономическое состояние. Узость мышления авторов проекта не даёт понять простой вещи – трудовой договор не гарантирует наличие специальных знаний у всех экспертов организации, а эксперты могут работать и на условиях гражданского договора и на условиях общественных (бесплатно) и приносить очевидную пользу правосудию и правам участников процесса;

3) В той же статье указано: «6. Судебно-экспертные организации (подразделения) одного и того же профиля осуществляют деятельность по организации и производству судебной экспертизы, основываясь на теории судебной экспертизы, едином научно-методическом подходе к экспертной практике, профессиональной подготовке и специализации экспертов». Собственно, почему подход должен быть единым? Откуда такое суждение? Оно явно не научное, т.к. наука как раз и основана на многообразии подходов и точек зрения, методов. Минюсту и здесь хочется установить свой единый подход, обязательный для всех экспертов, в т.ч. и учёных.

4) Там же указано: «8. Правительством Российской Федерации может устанавливаться перечень судебных экспертиз, проводимых исключительно государственными судебно-экспертными организациями (подразделениями)». Судя по такой редакции, умные и сведущие люди действуют только в этих организациях. Невероятно примитивное и глупое предложение. К тому же никаких фактологических обоснований Минюст не приводил для принятия такой редакции статьи, никаких исследований и обоснований практической пользы для правосудия и прав участников не даётся. Польза – только Минюсту в указанных выше вредоносных целях. Такая редакция закона позволит Правительству РФ установить НЕОГРАНИЧЕННЫЙ перечень экспертиз, которые будут делать только государственные эксперты.

5) Далее, там же изложено: «В случае невозможности производства судебной экспертизы в государственной судебно-экспертной организации (подразделении), обслуживающей указанную территорию, в связи с отсутствием эксперта конкретной специальности, необходимой материально-технической базы и расходных материалов либо специальных условий для проведения исследований судебная экспертиза для указанных выше органов и судов может быть произведена государственными судебно-экспертными организациями (подразделениями), обслуживающими другие территории.
10. Если назначаемая экспертиза не входит в перечень судебных экспертиз, проводимых исключительно государственными судебно-экспертными организациями (подразделениями), то судебная экспертиза может быть проведена негосударственным судебным экспертом вне зависимости от территориального расположения». Как видно, Минюст совершенно безосновательно предлагает ввести монополию для государственных экспертов по некоему «исключительно государственному» перечню экспертиз. Судя по такой редакции, умные и сведущие люди действуют только в этих организациях. Невероятно примитивное и глупое предложение. К тому же никаких фактологических обоснований Минюст не приводил для принятия такой редакции статьи, никаких исследований и обоснований практической пользы для правосудия и прав участников не даётся. Польза – только Минюсту в указанных выше вредоносных целях. Такая редакция закона позволит Правительству РФ установить НЕОГРАНИЧЕННЫЙ перечень экспертиз, которые будут делать только государственные эксперты.

              Статья 14 проекта гласит:
«1. В качестве судебного эксперта может выступать государственный судебный эксперт или негосударственный судебный эксперт, соответствующий требованиям, установленным статьей 15 настоящего Федерального закона.
2. Государственным судебным экспертом является работник (сотрудник) государственной судебно-экспертной организации (подразделения), производящий судебную экспертизу в порядке исполнения своих должностных обязанностей.
3. Негосударственным судебным экспертом является работник негосударственной судебно-экспертной организации, производящий судебную экспертизу в порядке исполнения своих должностных обязанностей, а также другое физическое лицо, которое соответствует требованиям, установленным частями первой, пятой статьи 15 настоящего Федерального закона, не является работником судебно-экспертной организации и которому поручено производство судебной экспертизы органом или лицом, ее назначившим». Патологическое стремление Минюста сделать всех негосударственных экспертов именно работниками просто удивляет. Складывается впечатление, что Минюст не знает, что кроме Трудового кодекса РФ, есть ещё и Гражданский кодекс РФ, законодательство об общественных объединениях, которые позволяют привлекать в качестве экспертов и  лиц, заключивших гражданский договор с экспертной организацией, и членов общественных объединений, которые тоже могут быть экспертными организациями. Такое ощущение, что Минюсту просто необходимо, чтобы эксперты были настолько зависимы от экспертного учреждения, насколько максимально это возможно. Никаких фактологических обоснований Минюст не приводил для принятия такой редакции статьи, никаких исследований и обоснований практической пользы для правосудия и прав участников не даётся. Польза – только Минюсту в указанных выше вредоносных целях.

6) Статья 15 проекта гласит: «3. Должность эксперта в негосударственных судебно-экспертных организациях может занимать гражданин Российской Федерации, имеющий высшее профессиональное образование и прошедший последующую подготовку по конкретной экспертной специальности. 4. Сертификация компетентности судебных экспертов осуществляется экспертно-квалификационными комиссиями, создаваемыми федеральными органами исполнительной власти, Следственным комитетом Российской Федерации с участием негосударственных судебных экспертов в порядке, установленном Правительством Российской Федерации. Уровень квалификации экспертов подлежит пересмотру указанными комиссиями каждые пять лет».

Минюст похоже не знает, что в России не существует никакого всеобъемлющего перечня экспертных специальностей по всем вопросам без исключения, которые требуют специальных знаний. Дело в том, что любая попытка такой перечень установить в административном порядке обречена на неудачу, так как наука, техника, ремесло, искусство  постоянно развиваются, появляются всё новые и новые отрасли знаний и специальности, методы экспертиз. Любая попытка регламентировать науку бюрократами государства приводила к застою, либо деградации. А в данном случае приведёт и к невозможности найти сведущего человека для конкретной экспертизы. Обращает на себя и неразумный ценз – пройти некую «подготовку по конкретной экспертной специальности». А если конкретной экспертной специальности государство не придумало, а экспертизу по конкретному вопросу уже надо провести, где эту подготовку проходить ?

Минюст даже не читал образовательные стандарты, судя по такой формулировке, ибо все необходимые знания, умения и навыки для  любых экспертных исследований УЖЕ даются в рамках соответствующего уровня образования (среднего, высшего и пр.), а также в ходе дополнительного образования. Совершенно неразумно и необоснованно выглядит и запрет Минюста в проекте занимать должность эксперта иностранным гражданам и лицам без гражданства. Они  что  - люди и специалисты второго сорта, что ли? Многие иностранные граждане живут постоянно в России и получают российское образование. Откуда идея запрета им заниматься судебно-экспертной деятельностью? Явное нарушение принципа равенства граждан в сфере  профессиональной деятельности. Судя по логике Минюста, нужно и другим участникам процессов такие же цензы предъявить – запретить быть свидетелями, понятыми, потерпевшими, истцами, ответчиками всем иностранным гражданам, лицам без гражданства. Театр абсурда.

7) В той же статье закреплено: « 5. До поручения производства судебной экспертизы лицу, обладающему специальными знаниями и не имеющему сертификата компетентности судебного эксперта, указанное лицо должно представить суду, судье, следователю, дознавателю, органу (должностному лицу), в производстве которого находится дело об административном правонарушении, сведения, касающиеся возможности производства судебной экспертизы (в том числе о наличии необходимого оборудования), а также имеющиеся документы об образовании, специальности, наличии стажа работы в качестве судебного эксперта и иные данные, свидетельствующие об его компетентности и надлежащем уровне квалификации.
       По требованию суда, судьи, следователя, дознавателя, органа (должностного лица), в производстве которого находится дело об административном правонарушении, лицо, указанное в предыдущем абзаце, обязано представить заверенные в нотариальном порядке копии имеющихся документов об образовании, специальности, о наличии стажа работы в качестве судебного эксперта». Минюст, похоже, считает чиновников государства (юристов) настолько беспомощными и безграмотными, что они не способны проверить сами без нотариусов достоверность указанных документов об образовании эксперта и пр. Такая норма явно направлена на обеспечение клиентами наших «дорогих» нотариусов. Представьте, если  каждый лист  заверять у нотариуса (ещё и отсидеть в очереди к нотариусу, да ещё и найти приличного нотариуса, который не откажет в таких «мелочах»), то потратиться нужно будет на круглую сумму, иногда равноценную стоимости самой экспертизы. Кроме того, общеизвестно, что большинство нотариусов никаких мер к проверке достоверности документов об образовании и пр. не предпринимает (напр. запросы в образовательные учреждения, по месту работы и пр.). Как раз у органов и должностных лиц государства, ведущих процесс, таких полномочий гораздо больше. Минюст явно делает процедуру представления «бумажек» независимым экспертам максимально  затруднительной и финансово обременительной, дабы и мыслей заниматься экспертизами не было.

8) Статья 17 проекта (Сертификация компетентности негосударственного судебного эксперта) гласит: «1. В целях определения уровня квалификации судебный эксперт, являющийся работником негосударственной судебно-экспертной организации, а также лицо, обладающее специальными знаниями, не являющееся работником судебно-экспертной организации, которые осуществляют судебно-экспертную деятельность, в добровольном порядке подтверждают свою компетентность путем сдачи квалификационного экзамена экспертно-квалификационным комиссиям, указанным в части четвертой статьи 15 настоящего Федерального закона, с выдачей сертификата компетентности судебного эксперта в порядке, установленном Правительством Российской Федерации.
2. При возникновении обоснованных сомнений в надлежащем уровне квалификации лиц, указанных в части первой настоящей статьи, проводится внеочередное подтверждение их компетенции.
3. Порядок проведения сертификации компетентности лиц, указанных в части первой настоящей статьи (в том числе внеочередного подтверждения компетентности), устанавливается Правительством Российской Федерации». Попробуй не получи такой сертификат – тебе и поручать не будут  экспертизу. А если и получишь за большие деньги этот сертификат у того же Минюста, то его всегда могут лишить по надуманным основаниям – «При возникновении обоснованных сомнений в надлежащем уровне квалификации». Мало ли кто в ком сомневается, эксперт же действует по своему внутреннему убеждению. Если кому-то кажется или сомнения гложут, то это достаточное основания лишить сведущего человека сертификата, а значит и права делать судебные экспертизы. Такой вывод напрямую вытекает из содержания другой статьи (14-й) того же проекта: «6.   В течение трех лет со дня соответствующего юридического факта судебным экспертом не может быть лицо:

1) судимость которого погашена или снята в установленном законом порядке;
2) освобожденное от уголовной ответственности за совершение умышленного преступления по основаниям, предусмотренным пунктом 1 части третьей статьи 24, статьей 25, пунктом 3 части первой статьи 27, статьей 28 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации;
3) лишенное сертификата компетентности судебного эксперта;
4) действие сертификата компетентности судебного эксперта которого прекращено по основаниям, предусмотренным статьей 19 настоящего Федерального закона». Забавно, но лишённые сертификата эксперты, приравнены в этом проекте к преступникам. Совершенно необоснован и запрет АЖ в течение трёх лет заниматься экспертной деятельностью после такого лишения. Фактически Минюст предлагает ввести особый вид наказания для экспертов, лишённых самим же государством сертификата. Такие статьи направлены на создание зависимого типа экспертов – боящихся государственных чиновников из экспертно-квалификационных комиссий, которые в любой момент могут «засомневаться» в уровне квалификации «карманных» экспертов и лишить их заветного сертификата. Налицо создание  условий для подрыва ключевого принципа экспертной деятельности – независимости эксперта.

           Очевидно, Минюст создаёт условия для нарушения принципа независимости эксперта. К тому же, фактически Минюст предлагает создание второй системы аттестации специалистов, которая действовала бы параллельно  существующей системе государственной аттестации в системе образовательных  учреждений России  по итогам  форм контроля, которые в ней установлены. Чиновники Минюста безосновательно считают, что вправе заниматься такой образовательной деятельностью, не имея ни  образовательных ресурсов (в т.ч. и преподавателей, библиотек, учебных зданий и пр.), ни стандартов, ни лицензии. Фактически  Минюст считает, что существующая система  аттестации в  системе образования, которая выдаёт документы об образовании (единственный вид документов, которые подтверждают наличие специальных знаний, умений, навыков) – в соответствии со ст.27 Закона РФ об образовании от 10 июля 1992 года № 3266-1) не нужна и её нужно подменить другой системой, которая будет выдавать сертификаты – бумаги, которые в силу законов об образовании вообще не имеют никакой юридической силы в части подтверждения наличия каких-либо знаний, умений и навыков, их уровня (т.е. квалификации), сертификаты компетентности не могут подтверждать наличие какого-либо образовательного уровня (ценза). В проекте делается попытка придать такому сертификату  статус документа об образовании. Так, в ст.1 проекта сказано: «8) сертификат компетентности судебного эксперта - документ, подтверждающий квалификацию физического лица на проведение судебно-экспертных исследований, выдаваемый в порядке, установленном настоящим Федеральным законом». Явно противоречащая законодательству об образовании формулировка. Судя по такой редакции, умные и сведущие люди (с высшим образованием!) способны делать судебные экспертизы только при наличии бумажки, которую (если повезёт на экзамене, на котором чиновники наверняка проголосуют против негосударственного эксперта, как конкурента и «непослушного») выдают чиновники от государственных структур. Невероятно примитивное и глупое предложение. К тому же никаких фактологических обоснований Минюст не приводил для принятия такой редакции статьи, никаких исследований и обоснований практической пользы для правосудия и прав участников не даётся. Польза – только Минюсту в указанных выше вредоносных целях. Зато платить за сертификацию  негосударственным экспертам придётся государству очень много, да ещё и каждые пять лет (если повезёт и досрочно эксперта не лишат сертификата). Подобные сертификаты  учреждения Минюста уже выдают за «скромную» сумму около 50 000 руб., но по итогам добровольной сертификации. А вот и «ушки» непомерного обогащения Минюста и др. государственных структур, которые «точат» из проекта. Не забудем, что коррупция в России в таких сертифицирующих и лицензирующих органах у нас на высоте, суммы могут быть куда больше – на взятки и пр. поборы с негосударственных экспертов.

            9) Обращает на себя коррупциогенность проекта, установленная в  Заключении – см. на http://forum.sud-expertiza.ru/viewtopic.php?f=107&t=1100 - по результатам независимой антикоррупционной экспертизы Двоеглазова Николая Викторовича.

          В представленном Проекте федерального закона "О судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" выявлены коррупциогенные факторы:

          1. п. 8 ст. 13 главы 1- "Правительством Российской Федерации может устанавливаться перечень судебных экспертиз, проводимых исключительно государственными судебно-экспертными организациями (подразделениями)" содержит выявленные коррупциогенные факторы:
1. Широта дискреционных полномочий - отсутствие или неопределенность сроков, условий или оснований принятия решения (п.п. ""а"" п. 3 Методики проведения антикоррупционной экспертизы нормативных правовых актов и проектов нормативных правовых актов, утвержденной Постановлением Правительства Российской Федерации от 26 февраля 2010 г. N 96);
2. Выборочное изменение объема прав - возможность необоснованного установления исключений из общего порядка для граждан и организаций по усмотрению органов государственной власти или органов местного самоуправления (их должностных лиц) (п.п. ""в"" п. 3 Методики проведения антикоррупционной экспертизы нормативных правовых актов и проектов нормативных правовых актов, утвержденной Постановлением Правительства Российской Федерации от 26 февраля 2010 г. N 96);
3. Чрезмерная свобода подзаконного нормотворчества - наличие бланкетных и отсылочных норм, приводящее к принятию подзаконных актов, вторгающихся в компетенцию органа государственной власти или органа местного самоуправления, принявшего первоначальный нормативный правовой акт (п.п. ""г"" п. 3 Методики проведения антикоррупционной экспертизы нормативных правовых актов и проектов нормативных правовых актов, утвержденной Постановлением Правительства Российской Федерации от 26 февраля 2010 г. N 96)."

2. п. 4 ст. 15 главы 1- "Сертификация компетентности судебных экспертов осуществляется экспертно-квалификационными комиссиями, создаваемыми федеральными органами исполнительной власти, Следственным комитетом Российской Федерации с участием негосударственных судебных экспертов в порядке, установленном Правительством Российской Федерации. Уровень квалификации экспертов подлежит пересмотру указанными комиссиями каждые пять лет" содержит выявленные коррупциогенные факторы:
1. Широта дискреционных полномочий - отсутствие или неопределенность сроков, условий или оснований принятия решения (п.п. ""а"" п. 3 Методики проведения антикоррупционной экспертизы нормативных правовых актов и проектов нормативных правовых актов, утвержденной Постановлением Правительства Российской Федерации от 26 февраля 2010 г. N 96);
2. Выборочное изменение объема прав - возможность необоснованного установления исключений из общего порядка для граждан и организаций по усмотрению органов государственной власти или органов местного самоуправления (их должностных лиц) (п.п. ""в"" п. 3 Методики проведения антикоррупционной экспертизы нормативных правовых актов и проектов нормативных правовых актов, утвержденной Постановлением Правительства Российской Федерации от 26 февраля 2010 г. N 96);
3. Чрезмерная свобода подзаконного нормотворчества - наличие бланкетных и отсылочных норм, приводящее к принятию подзаконных актов, вторгающихся в компетенцию органа государственной власти или органа местного самоуправления, принявшего первоначальный нормативный правовой акт (п.п. ""г"" п. 3 Методики проведения антикоррупционной экспертизы нормативных правовых актов и проектов нормативных правовых актов, утвержденной Постановлением Правительства Российской Федерации от 26 февраля 2010 г. N 96)."

            3. абз. 2 п. 5 ст. 15 главы 1- "По требованию суда, судьи, следователя, дознавателя, органа (должностного лица), в производстве которого находится дело об административном правонарушении, лицо, указанное в предыдущем абзаце, обязано представить заверенные в нотариальном порядке копии имеющихся документов об образовании, специальности, о наличии стажа работы в качестве судебного эксперта" содержит выявленные коррупциогенные факторы:
         1. Наличие завышенных требований к лицу, предъявляемых для реализации принадлежащего ему права - установление неопределенных, трудновыполнимых и обременительных требований к гражданам и организациям (п.п. "а" п. 4 Методики проведения антикоррупционной экспертизы нормативных правовых актов и проектов нормативных правовых актов, утвержденной Постановлением Правительства Российской Федерации от 26 февраля 2010 г. N 96) 

        6. п. 2 ст. 17 главы 1 - "При возникновении обоснованных сомнений в надлежащем уровне квалификации лиц, указанных в части первой настоящей статьи, проводится внеочередное подтверждение их компетенции." содержит выявленные коррупциогенные факторы:
1. Широта дискреционных полномочий - отсутствие или неопределенность сроков, условий или оснований принятия решения (п.п. "а" п. 3 Методики проведения антикоррупционной экспертизы нормативных правовых актов и проектов нормативных правовых актов, утвержденной Постановлением Правительства Российской Федерации от 26 февраля 2010 г. N 96);
2. Выборочное изменение объема прав - возможность необоснованного установления исключений из общего порядка для граждан и организаций по усмотрению органов государственной власти или органов местного самоуправления (их должностных лиц) (п.п. "в" п. 3 Методики проведения антикоррупционной экспертизы нормативных правовых актов и проектов нормативных правовых актов, утвержденной Постановлением Правительства Российской Федерации от 26 февраля 2010 г. N 96);
3. Отсутствие или неполнота административных процедур - отсутствие порядка совершения органами государственной власти или органами местного самоуправления (их должностными лицами) определенных действий либо одного из элементов такого порядка (п.п. "ж" п. 3 Методики проведения антикоррупционной экспертизы нормативных правовых актов и проектов нормативных правовых актов, утвержденной Постановлением Правительства Российской Федерации от 26 февраля 2010 г. N 96);
4. Юридико-лингвистическая неопределенность - употребление неустоявшихся, двусмысленных терминов и категорий оценочного характера (п.п. "в" п. 4 Методики проведения антикоррупционной экспертизы нормативных правовых актов и проектов нормативных правовых актов, утвержденной Постановлением Правительства Российской Федерации от 26 февраля 2010 г. N 96).

        7. п. 3 ст. 17 главы 1 - "Порядок проведения сертификации компетентности лиц, указанных в части первой настоящей статьи (в том числе внеочередного подтверждения компетентности), устанавливается Правительством Российской Федерации" содержит выявленные коррупциогенные факторы:

          1. Широта дискреционных полномочий - отсутствие или неопределенность сроков, условий или оснований принятия решения (п.п. ""а"" п. 3 Методики проведения антикоррупционной экспертизы нормативных правовых актов и проектов нормативных правовых актов, утвержденной Постановлением Правительства Российской Федерации от 26 февраля 2010 г. N 96);

         2. Выборочное изменение объема прав - возможность необоснованного установления исключений из общего порядка для граждан и организаций по усмотрению органов государственной власти или органов местного самоуправления (их должностных лиц) (п.п. ""в"" п. 3 Методики проведения антикоррупционной экспертизы нормативных правовых актов и проектов нормативных правовых актов, утвержденной Постановлением Правительства Российской Федерации от 26 февраля 2010 г. N 96);
           3. Чрезмерная свобода подзаконного нормотворчества - наличие бланкетных и отсылочных норм, приводящее к принятию подзаконных актов, вторгающихся в компетенцию органа государственной власти или органа местного самоуправления, принявшего первоначальный нормативный правовой акт (п.п. ""г"" п. 3 Методики проведения антикоррупционной экспертизы нормативных правовых актов и проектов нормативных правовых актов, утвержденной Постановлением Правительства Российской Федерации от 26 февраля 2010 г. N 96)."

          8. ст. 18 главы 1 - "Порядок и условия выдачи, отказа в выдаче сертификата компетентности судебного эксперта устанавливаются Правительством Российской Федерации" содержит выявленные коррупциогенные факторы:
          1. Широта дискреционных полномочий - отсутствие или неопределенность сроков, условий или оснований принятия решения (п.п. ""а"" п. 3 Методики проведения антикоррупционной экспертизы нормативных правовых актов и проектов нормативных правовых актов, утвержденной Постановлением Правительства Российской Федерации от 26 февраля 2010 г. N 96);

         2. Выборочное изменение объема прав - возможность необоснованного установления исключений из общего порядка для граждан и организаций по усмотрению органов государственной власти или органов местного самоуправления (их должностных лиц) (п.п. ""в"" п. 3 Методики проведения антикоррупционной экспертизы нормативных правовых актов и проектов нормативных правовых актов, утвержденной Постановлением Правительства Российской Федерации от 26 февраля 2010 г. N 96);
3. Чрезмерная свобода подзаконного нормотворчества - наличие бланкетных и отсылочных норм, приводящее к принятию подзаконных актов, вторгающихся в компетенцию органа государственной власти или органа местного самоуправления, принявшего первоначальный нормативный правовой акт (п.п. ""г"" п. 3 Методики проведения антикоррупционной экспертизы нормативных правовых актов и проектов нормативных правовых актов, утвержденной Постановлением Правительства Российской Федерации от 26 февраля 2010 г. N 96)."

          14. п. 2 ст. 35 главы 1 - "Специальная подготовка и повышение квалификации по соответствующей экспертной специальности лиц, которые не являются работниками (сотрудниками) государственных судебно-экспертных организаций (подразделений), за исключением лиц, указанных в части одиннадцатой статьи 13 настоящего Федерального закона, осуществляется в государственных судебно-экспертных организациях и в образовательных учреждениях, перечень которых устанавливается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти с учетом ограничений, предусмотренных законодательством Российской Федерации" содержит выявленные коррупциогенные факторы:

        1. Широта дискреционных полномочий - отсутствие или неопределенность сроков, условий или оснований принятия решения (п.п. ""а"" п. 3 Методики проведения антикоррупционной экспертизы нормативных правовых актов и проектов нормативных правовых актов, утвержденной Постановлением Правительства Российской Федерации от 26 февраля 2010 г. N 96);

           2. Выборочное изменение объема прав - возможность необоснованного установления исключений из общего порядка для граждан и организаций по усмотрению органов государственной власти или органов местного самоуправления (их должностных лиц) (п.п. ""в"" п. 3 Методики проведения антикоррупционной экспертизы нормативных правовых актов и проектов нормативных правовых актов, утвержденной Постановлением Правительства Российской Федерации от 26 февраля 2010 г. N 96);
3. Чрезмерная свобода подзаконного нормотворчества - наличие бланкетных и отсылочных норм, приводящее к принятию подзаконных актов, вторгающихся в компетенцию органа государственной власти или органа местного самоуправления, принявшего первоначальный нормативный правовой акт (п.п. ""г"" п. 3 Методики проведения антикоррупционной экспертизы нормативных правовых актов и проектов нормативных правовых актов, утвержденной Постановлением Правительства Российской Федерации от 26 февраля 2010 г. N 96)."

         15. п. 3 ст. 35 главы 1 - "Для обеспечения надлежащего уровня квалификации работники (сотрудники) судебно-экспертных организаций и лица, обладающие специальными знаниями, не являющиеся работниками судебно-экспертных организаций, которые получили сертификат компетентности судебного эксперта, один раз в пять лет должны пройти повышение квалификации в соответствии со специальностью и подтвердить уровень своих профессиональных знаний" содержит выявленные коррупциогенные факторы:

     1. Наличие завышенных требований к лицу, предъявляемых для реализации принадлежащего ему права - установление неопределенных, трудновыполнимых и обременительных требований к гражданам и организациям (п.п. "а" п. 4 Методики проведения антикоррупционной экспертизы нормативных правовых актов и проектов нормативных правовых актов, утвержденной Постановлением Правительства Российской Федерации от 26 февраля 2010 г. N 96) и пр..

           Итак, такой проект закона без всяких разумных и законных обоснований (в т.ч. при отсутствии каких либо результатов исследований эффективности деятельности негосударственных экспертов) призывает фактически запретить негосударственную судебную экспертную деятельность в России, а программа минимум - сделать негосударственных экспертов послушными марионетками от государственных органов. Вполне понятно, что независимая экспертиза не нужна коррупционерам в нашем государстве, т.к. она мешает грабить нашу страну и народ и заниматься политическими репрессиями, а также бороться с инакомыслием. Государственные эксперты легко управляемы и могут всегда нужное, в т.ч. коррупционное заключение, а негосударственные - пока нет. Принятие закона в такой редакции может привести к миллионным "заказным" неправосудным решениям судов (основанным на надуманных «заказных» необоснованных заключениях государственных экспертов) и нарушениям прав миллионов граждан России. Кроме того, сроки экспертиз вырастут в десятки раз (мы все знаем как долго – часто до года и более – делают экспертизы государственные эксперты), а значит и сроки правосудия. Редкие виды экспертиз, которые государственные учреждение не делают, невозможно будет проводить после принятия такого закона. Не будет  и возможностей исправить  экспертные ошибки государственных экспертов в системе негосударственной  экспертной деятельности. Незаконные поборы со сторон за «нужное» экспертное заключение в государственных учреждениях «расцветут». 

 

       Источник: Попов А.Н. О проекте Министерства юстиции РФ  Федерального закона «О судебно-экспертной деятельности» //  Сборник материалов ОДИННАДЦАТОЙ  заочной международнойнаучно-практической   конференции    «Актуальные  проблемы  науки,  практики и вероисповеданий на современном этапе», состоявшейся 27 февраля 2013 года (г.Красноярск, Россия) / Под ред. проф. , академика РАЮН А.Н. Попова. Вып.1. – Красноярск, 2013. Стр. 154-165. 

    Автор - Директор ООО "Межрегиональное бюро экспертиз", канд. юрид. наук, профессор, член Российской академии юридических наук  Попов Андрей Николаевич

© 2011 Международная славянская правовая академия Правь
Создание, разработка сайта - студия Мегагрупп.ру.